Арно Бабаджаняну - 100 лет: Арам Хачатурян назвал его избранным, когда ему было всего 6

Арно Бабаджаняну — 100 лет: Арам Хачатурян назвал его избранным, когда ему было всего 6Вся его жизнь стала своеобразной историей любви, разлетевшейся по миру в удивительных песнях. Такую пронзительную музыку удавалось писать только ему — подборка из публикаций Sputnik Армения к 100- летию выдающегося армянского, советского композитора Арно Бабаджаняна.

Он умел искренне радоваться жизни, а самое главное – делиться этим чувством с другими людьми, он запросто устраивал праздники в будни и звал на них любого, кто был не прочь присоединиться к веселью. 

Арно Бабаджанян умел и филигранно сочетал в своих произведениях, наряду с родным армянским мелосом, европейские и русские интонации, неповторимые гармонические сочетания, которые и сегодня удивляют музыкантов.

В их семье музыкантов не было, хотя отец иногда развлекался игрой на флейте – на любительском, конечно, уровне. А Арно в три года уже вовсю наигрывал на старенькой гармонике, а в 9 лет написал «Пионерский марш», свое первое произведение. Но между этими двумя датами прошло целых шесть лет, в течение которых случилось важнейшее событие – Арно заметил Арам Ильич Хачатурян.

Навестивший обычный ереванский детсад высокий гость был поражен талантом вундеркинда, да и физические пропорции маленького Арно поражали – огромные кисти рук, неправдоподобной величины и конфигурации нос. Хачатурян, послушав шестилетнего мальчугана, констатировал: «Он избранный!» С тех пор Арам Ильич будет появляться джинном из бутылки, в самые нужные моменты творческой биографии Арно Бабаджаняна.

Создавая песню, Бабаджанян всегда знал наперед, кто ее будет исполнять. Он очень тонко чувствовал вокальные особенности любого солиста, а ведь с ним работали очень разноплановые исполнители: от Людмилы Зыкиной до Софии Ротару, от Юрия Гуляева до Жана Татляна.

Лучшие песни для Муслима Магомаева написал Арно Бабаджанян. Слова, чаще всего, сочинял Роберт Рождественский. Тройка титанов советской эстрады не только тесно сотрудничала, но и крепко дружила. Поэта вспоминают время от времени, композитора еще реже. Что же получается? Получается, что песню слышим, исполнителя видим, а чья музыка звучит – не знаем.

Бабаджанян дружил с Рождественским, им удавалось сотрудничать. Сначала сочинялась мелодия, а затем уже писались стихи. По воспоминаниям Бабаджаняна-младшего, Рождественский был очень музыкальный человек.

«Отец ему запишет мелодию на кассету, он дома послушает, сам поиграет и как-то он точно попадал образно», — сказал Араик.

А композитор Шаинский говорил, что Бог вложил в Бабаджаняна «потрясающую музыкальность, которой славится весь армянский народ». По его мнению, армянский композитор сочинял действительно выдающуюся музыку.

«Диапазон его музыкальной деятельности очень обширен. Кроме эстрадных песен, которые пользовались огромнейшей популярностью, нельзя не упомянуть его композиций, его сочинений в академической серьезной музыке. Это было очень талантливо», — говорил Шаинский.

Иосиф Кобзон порой в шутку обижался, пеняя композитору, что, мол, главные хиты достаются Магомаеву, а ему лишь иногда что-то перепадает. Хотя первым исполнителем знаменитого бабаджаняновского «Ноктюрна», вопреки всеобщему убеждению, был именно Кобзон, а не Магомаев.

Бабаджанян написал эту музыку для собственного исполнения на рояле, и не раз играл ее с оркестром Силантьева. Как-то Кобзон сказал Бабаджаняну: «Слушай, Арно, давай попросим Роберта, пусть напишет стихи — я очень хочу исполнить эту песню». На что получил ответ, что вот эту вещь трогать не надо: «Когда меня не будет – делайте, что хотите». И действительно, после смерти Бабаджаняна Кобзон обратился к Рождественскому, который написал пронзительные прекрасные стихи.

Иосиф Кобзон считал Армению вторым домом. Однажды, когда он был в Ереване, признался журналистам: «Я не гость в Армении, так как приезжаю сюда часто и по радостному поводу, но всегда первым делом в Армении посещаю памятники, могилы друзей».

Кобзон считал Арно Бабджаняна, Микаела Таривердиева достоянием Армении, которым должен гордиться весь армянский народ.

Вспоминая Арно Бабаджаняна, Евгений Евтушенко сказал о нем так: «Он родился именно как музыкант. Его талант не есть сумма кропотливых, каждодневных усилий типично незаурядного музыкального дарования. Он атипичен, сама природа позаботилась об этом».

А сам маэстро относился к собственной персоне с присущим ему добрым юмором: «Во времена Шопена или Рахманинова было куда легче — собрания не проводились, в нарды и шахматы не играли. И жизнь была менее интересной. Сегодня даже не знаешь: писать музыку или жить. Впрочем, не будь я композитором, играл бы, наверное, на сцене, изображал бы комика. Думаю, он у меня получился бы гротесковый».

Мартин Вартазарян, известный армянский пианист и композитор, в подтверждение этих слов, рассказал несколько веселых историй, связанных с Арно: о том, как в Доме композиторов в Дилижане все кому не лень стреляли у него сигареты «Мальборо», о том, как процедура для оздоровления спины проходила девизом –»пошли вешать Арно», о том, как они с друзьями, дурачась, выплачивали штраф за переход в неположенном месте мелкими монетами и многое другое.

Арно Бабаджанян — человек с большим чувством юмора>>

Но самое главное, убежден Вартазарян, в Арно был прирожденный талант пианиста и композитора. Он показывал всем свои произведения, и как школьник ждал мнения, выслушивал, но всегда поступал по-своему.

Если вслушаться в волшебную музыку величайшего композитора кино всех времен и народов – Эннио Морриконе – рано или поздно придешь к осознанию невероятной близости в своей основе мелодизма итальянского маэстро в его знаменитых саунд-треках и мелодизма Арно Бабаджаняна. Если человек гений, то это – навсегда, и гениальность – величина непреходящая, а потому все созданное такими людьми не знает границ ни временных, ни географических.